Marauders: the butterfly effect

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: the butterfly effect » настоящее-прошлое-будущее » Trouble will find you no matter where you go


Trouble will find you no matter where you go

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://24.media.tumblr.com/tumblr_m5a14vop8N1rxjmzdo1_500.gif
1. Участники:
Genevieve Hawke, Marcus Flint
2. Время и место действия, погода:
1 декабря 1977 года
3. Краткое описание:
Женевьева Хоук никогда не была любительницей приключений и от неприятностей она всегда старалась держаться подальше, но какая же тогда неведомая сила понесла её в Лютный переулок в распростертые объятия тамошних обитателей?

+1

2

Женевьева быстрым шагом шла по заметенным снегом мостовым Косого переулка. Первый снег выпал еще ночью и теперь покрывал дороги и крыши домов мягкими, словно пуховыми, перинами. Снегопад закончился к утру и не смену ему пришел мороз, разукрасивший окна разнокалиберными узорами и причудливыми завитками. Все прохожие зябко кутались в шарфы и вороты зимних мантий и спешили поскорее спрятаться в тепле магазинов.
Вот и Женевьева Хоук сейчас спешила, до сдачи финальной работы по зельеварению оставалось меньше недели, а нужных ингридиентов у нее не осталось.
- И как ты только умудрилась испортить целых два котла зелья… - ругала себя девушка, натягивая на нос тёмно-синий шарф.
Но, как оказалось, все злоключения девушки не заканчивались на подпаленных волосах и пятне на любимой рубашке. Аптека мистера Малпеппера, где она планировала докупить новые колбы и печень дракона, которую она так необдуманно испортила за неудачными экспериментами, встретила её огромной красной вывеской «закрыто».
- Прекрасно! И что теперь делать? – разочарованно протянула девушка, стукнув ладонью по дверному косяку.
Жени понятия не имела, что ей делать. Слагхорн, который итак не питал к Хоук никаких теплых чувств, разорвал бы её, как гиппогриф нюхлера, если она не закончит во время свой проект. Ну, и подставлять свой факультет, лишая его пары десятков баллов как-то тоже не хотелось.
Рассеянно оглянувшись, девушка замерла, остановив свой взгляд на узком проходе, уходящим  вниз. Покосившаяся вывеска, которая выбивалась из общей опрятности Косого переулка, вещала «Лютный переулок».
Ведь там тоже должны быть магазины? Да, репутация у этого места плохая, но что ей оставалось делать? Поколебавшись пару мгновений, Женевьева сжала кулаки и на ватных ногах направилась к ступенькам, которые всем своим видом показывали свою неблагонадежность.
Мрак Лютного переулка быстро поглотил девушку, а шум оживленного Косого переулка очень быстро сошел на нет. На этой улочке даже совсем свежий снежок был рыхлым и смешанным с грязью. Пройдя последний островок безопасности – новое кафе на границе переулков, Женевьева поежилась, но продолжила, не оглядываясь, продвигаться  вперед. Она отчаянно отгоняла от себя липкий страх, который тянул ее обратно – к свету и толпе прохожих. Или это был здравый смысл и инстинкт самосохранения?
Единственной мыслью, на которой она могла сейчас сконцентрироваться была цель – войти в первую дверь, которая попадется, убедиться, что ничего подходящего здесь для нее нет и вернуться в школу. И пусть Слагхорн делает, что хочет, не съест же он её!
Первой дверью оказалась какая-то лавка с вывеской на непонятном языке. Взяв волю в кулак, Женевьева повернула ручку и вошла в помещение.
Пока зрение привыкало к полумраку лавки, девушка успела разглядеть огромную темную чашу слева от входа. В ней мерцала и булькала какая-то зеленая и вязкая жижа, она надувалась большими пузырями, которые с негромкими хлопками лопались. В помещении пахло тухлыми яйцами и чем-то едким, вроде уксуса. С потолка свисали пучки обезображенных кривых пальцев с пожелтевшими ногтями, непонятных кореньев и пушистых хвостов, которые могли, по предположению рейвекловки быть отрубленными у шишуги, а вдоль стен выстроились стеклянные банки с засушенными растениями, разноцветными порошками и глазными яблоками, возможно, принадлежавших людям. В стеклянных шкафах красовались непонятные органы, плавающие в больших прозрачных банках.
- Заблудилась, детка? – хриплый низкий голос прервал осмотр обстановки и заставил девушку вздрогнуть.
Его обладатель – грузный и высокий неприятный волшебник – стоял за стойкой и держал за когтистую лапу какое-то небольшое животное, которое безвольно болталось, слегка подергивая мордой.
- Н-н-нет, - заикаясь, ответила Женевьева, не в силе оторвать взгляда от неприятного зрелища. – У вас есть склянки и п-п-печень… - мужчина одним махом отрубил голову существу и выкинул её в кучу схожих ошметков в углу. – Дракона?
- Печень, говоришь? – криво усмехнулся великан, выходя из-за стола и вытирая запачканные кровью руки о засаленный фартук. – Где-то валялась парочка! Пойдем вместе поищем, девочка.
Волшебник всё с той же кривой ухмылкой направился к девушке и прежде, чем она смогла понять, что происходит, схватил её за запястье.
- Отпустите меня! – взвизгнула Женевьева, а жирдяй тем временем, вцепившись мертвой хваткой в ее руку, тащил девушку куда-то в подсобные помещения.
Очевидно, что никакими добрыми намерениями тут и не пахло и очень вряд ли сомнительный лавочник хотел попросить её подержать занавеску, пока он будет доставать драконью печень из подвалов. Она судорожно шарила глазами по обстановке, в дальнем углу виднелась приоткрытая дверь, которая вела на улицу. В экстремальных ситуациях в человеке,  просыпаются все резервы организма и Женевьева Хоук, обычно кроткая как заяц, с силой наступила на ногу громиле и,  толкнув хлипкий шкаф со склянками, которые градом посыпались с полок на пол, устремилась к спасительному свету, пробивающемуся через щель в двери.
Бугай взрелев где-то за спиной, а Женевьева, не разбирая дороги, бежала по незнакомой улице, надеясь только на одно, что ей удастся вернуться в Косой переулок раньше, чем лавочнику удастся выбраться из магазина и пуститься в погоню.
Но, как обычно, в планы девушки вмешалось падение, а точнее столкновение. Со всего маху, девушка влетела в широкую мужскую грудь.
- Всё, Хоук, тебе конец! - только и успела подумать Женевьева, готовясь к скорой кончине.

Отредактировано Genevieve Hawke (2012-06-11 06:12:18)

+1

3

Время превращалась в пустоту. Жалкие обуглившиеся кусочки, сожженные в огни абсолютного нежелания не то чтобы жить, существовать, потому что мою якобы «жизнь» вообще сложно назвать таким громким и пафосным словом. Существование равное отчаянью, в котором я не хочу вариться; время, числа и даты, смешавшиеся между собой, разбитые, никому ненужные, заблудившиеся где-то. Веры нет, надежда на что-то осталась. Я потерял счет времени, я потерял смысл жить. Противные мысли, мерзкие чувства, которых вроде, как и нет, но они все равно ощутимы, витают где-то рядом, готовые наброситься в моменты слабости и разорвать на части своим липкими, скользкими щупальцами. Не хотелось ничего чувствовать, ощущать, но эмоции разве могут исчезнуть бесследно? Вот и я думаю, что не очень-то могут. А хотелось бы, на самом деле. Не чувствовать ничего, просто жить, существовать и бесполезно тратить воздух. Хотя, в таком случае, лучше уж сразу подохнуть, меньше проблем и забот же будет. Это долбаное перемещение, эта чертова работа, разодрал бы все это гиппогриф к гриндлоу, все это нескончаемо действует на нервы, капает на мозги медленно, но очень настырно. Есть одно желание – исчезнуть, чтобы больше не сталкивается с этой отвратительно-нудной, скучной жизнью. Да-да, вернее, не жизнью, существованием. А еще и у Пэнси крыша окончательно поехала. На что, интересно, надеется эта глупая, самонадеянная и самоуверенная девчонка? На почести от Пожирателей, на Лорда, который будет раскланиваться перед ней в похвале и рассыпать бисер благодарностей? Она только всех нас под удар поставила. И меня, между прочим, тоже, в то время, как хотелось бы прожить остаток жизни каким-то иммигрантом из Германии, которого здесь никто знать не знает, я продолжаю воевать за прогнившие идеалы рядом с молодым отцом. От этих мыслей тело прознает острый, колючий ток неприязни самого себя и всего того, чем приходиться заниматься и за что приходиться сражаться. Я не фанатик, я не умею безропотно идти за чем-то, что для меня не имеет значения, но я все равно оказываюсь на волне событий, потому что не могу бросить ни Пэнси, ни Драко. Лучше бы я, в самом деле, воспользовался случаем, предоставленным судьбой, и как только понял, куда нас закинула ошибка Поттера, уехал бы куда-нибудь в Ирландию.
Сжимаю от этих мыслей какую-то склянку с проклятой брошью внутри, едва коснувшись которой любая женщина в глазах мужчины превращается в гибрид тролля и соплохвоста. Надо заметить, артефакт популярен у девушек и пожилых леди, которые впали в крайности и не могут вернуть ушедших к любовницам кавалеров или отбить объект любви у соперницы. Надо признать, меня посещают мысли, что надо бы подарить эту брошь своей матери – может быть, тогда отец в нее влюбиться и, следовательно, я вообще не появляюсь на свет? Усмешка скользит тенью по лицу и склянка с треском лопается в моих ладонях. Мистер Берк, еще совсем молодой и не сошедший с ума, и так грозиться выкинуть меня отсюда, если я еще раз случайно слишком сильно что-то сожму, поэтому я спускаюсь в подвал в поисках пустой или ненужной банки, в которую можно засунуть эту треклятую брошь. Найдя что-то, что может подойти, возвращаюсь обратно в абсолютно пустой магазин. Насыщенная событиями жизнь, ничего не скажешь. Пожалуй, в подобные моменты искреннее хочется, чтобы Метка на руке заколола – значит, хоть какое-нибудь развлечение найдется на вечер, помимо игры в карты или в покер с весьма мутными личностями в одном из подозрительных баров Лютного переулка.
Время снова впало в спячку, ибо я раз двадцать за последние полчаса смотрел на стрелку засаленных, старых часов, которая отказывалась двигаться быстрее. Хотелось, чтобы скорее закончился этот дурацкий день, дабы снова напиться в хлам во все том вышеупомянутом баре.
От сонной дремоты меня вывел грохот. Сжав кулаки и скрежеща   зубами, я с раздражением догадался, что старая, прогнившая деревяшка-вывеска «Borgin & Burkes» снова сорвалась с петель. Выйдя на улицу, я быстро поправил вывеску без лишнего применения палочка, оглядел полупустынную улицу и уже собирался уходить, как нечто хрупкое и тонкое врезалось в меня со всего размаху.
- Эй, ты хотя бы на дорогу смотри, когда беговые марафоны по улицам устраиваешь, – раздраженно хмыкнул я, невольно придерживая незнакомую миловидную шатенку за плечо, пока та восстанавливалась после столкновения, – все в порядке?
На самом деле, я не знаю, зачем спросил о том, как чувствует себя эта девчонка, ибо мне было откровенно плевать на ее самочувствие, однако выглядела она какой-то слишком взвинченной и напуганной.
- С тобой точно все в порядке? Ты выглядишь, словно от дементора спасалась, – снова заговорил я.

0

4

He's there in the dark,
he's there in my heart,
he waits in the winds
he's gotta play a part.


Женевьева ожидала любого исхода этого неожиданного столкновения. Она полагала, что её могут обругать, ударить, обокрасть или сделать что похуже, комбинации вышеописанного так же мигом пролетели у нее в голове, но она совершенно не думала, что незнакомых мужчина, в которого она так нагло врежется в одном из самых опасных мест магического Лондона, будет озабочен тем, в порядке ли она.
Словно утопающий, хватавшийся за соломенку, но уже шедший ко дну, мисс Хоук внезапно обрела надёжный, как ей в спешке погони показалось, плот или хотя бы спасательный круг в виде этого высокого и несколько уставшего на вид молодого человека.
- Ой, простите, пожалуйста… - речь Жени была прерывистая и какая-то несколько невнятная. Она всё ещё тяжело дышала и не могла ясно мыслить. – Я.. в порядке? Ну, это как сказать…
В отдалении девушка услышала нечленораздельные вопли и в панике стала оглядываться по сторонам. Проулок в этом месте был достаточно узким и заканчивался тупиком буквально через 50 метров, так что бежать смысла не было. В одном из неказистых магазинчиков она могла вновь нарваться на неприятности, ведь хозяин одного из них мог вполне оказаться родственником или другом громилы из темной аптеки, либо просто сочувствующим, которому было в этот зимний день скучно.
Единственная надежда была на темноволосого парня, в которого она так опрометчиво влетела.
- Помогите мне, пожалуйста! – так жалобно голос девушки не звучал, наверно, еще ни разу в жизни.
Она с мольбой в глазах посмотрела на каменное, ничего не выражающее лицо мужчины. По его болотно-зеленым глазам нельзя было понять, что он думает в данный момент и какие мысли вызвала у него эта встреча. В его голосе промелькнули заботливые нотки, когда он заговорил с девушкой, но полностью полагаться на это было нельзя. В конце концов, он тоже был тёмным, раз работал здесь или отоваривался. И совершенно не обязан был помогать какой-то студентке, которой вздумалось поискать приключений в этом опасном месте.
- А ну иди сюда, маленькая мразь! – голос громилы раздался буквально в двух шагах от девушки, хотя он стоял у ближайшего поворота, в 20 метрах от парочки.
Сердце Женевьевы было готово в любой момент остановиться и она, бросив еще один умоляющий взгляд на юношу, она юркнула ему за спину, не найдя другого укрытия.
Теперь её судьба была в его руках.

0


Вы здесь » Marauders: the butterfly effect » настоящее-прошлое-будущее » Trouble will find you no matter where you go